Наши «англичане»: О Боровкове В.М. и Шарманжиновой Л.А.

В преддверии юбилея хочу рассказать о замечательных преподавателях, с которыми меня сблизила судьба в годы учёбы в Калмыцком государственном университете. Преподаватели оставили свой тёплый, неизгладимый след в памяти многих поколений студентов романо-германского отделения филологического факультета.

Речь пойдёт о двух преподавателях-практиках – Боровкове Викторе Михайловиче и Шарманжиновой Людмиле Александровне. Оба педагога вначале прошли свой учительский путь в школах Элисты. Виктор Михайлович, выпускник Астраханского государственного педагогического института, до 1972 года работал завучем средней школы № 8. По приглашению первого заведующего создаваемой кафедры, кандидата филологических наук, фронтовика, всеми уважаемого руководителя кафедры иностранных языков, Боровков В.М. для подготовки высококвалифицированных педагогических кадров в области английского языка переходит на работу в Калмыцкий государственный университет.

Выбор Серова был неслучаен. Боровков, будучи преподавателем английского языка в обычной школе, имел огромный опыт работы с детьми, следил за новейшими методиками преподавания иностранных языков. Дети под его чутким руководством добивались в изучении английского больших успехов.

Школьники, которым сейчас далеко за шестьдесят, отлично помнят уроки В.М. Боровкова. С хорошим произношением по-английски они и сейчас воспроизводят знаменитое творческое задание Виктора Михайловича: «Describe the picture». «Как удаётся вам всё это ясно помнить через столько лет, – удивлённо спрашиваю я. – ведь после школы и получения профессии вы не имели с английским никакого дела?»

В этом секрет Виктора Михайловича. Точно ответить никто не смог… Удивительно, сколько весёлых историй, шуточных песенок, стишков разучивали дети за урок. Всё проходило в непринуждённой, лёгкой форме и запоминалось естественно, само собой. Педагог любил пошутить, например, при объяснении темы «неопределённые местоимения» придумал шуточную рифму “some milk in бутылк”. Шутки были продуманы, уместны и ситуативны.

Школьники выписывали “Москоу ньюс” и раз в неделю из газеты переводили абзацы, предложения, вели свои детские дискуссии. Учитель ставил перед подростками цель: видеть, слышать, читать живую английскую речь. И это давало свой эффект. 

Однажды девочки-подростки подошли к своему учителю и спросили: «Виктор Михайлович, а Вы на самом деле англичанин?». На что он ответил: «Когда закончите 10-ый класс, я Вам скажу». 

Людмила Александровна Шарманжинова начинала свой педагогический путь в средней школе № 4. Выпускница Пятигорского государственного педагогического института иностранных языков также в глазах школьников была экстравагантной. Красивая, элегантно одетая, по воспоминаниям своей ученицы, ныне уважаемого доцента кафедры германской филологии Нелли Львовны Овшиевой, она производила впечатление заграничной леди. Мы называли её «англичанка-англичанка». И это был искренний детский комплимент.   

«В те годы, – продолжает Нелля Львовна, – оригинальную одежду найти было нелегко». Людмила Александровна прекрасно шила и вязала. Это с лихвой восполняло пробелы в подобранном со вкусом гардеробе. Позднее она перешла работать в Калмыцкий государственный университет на кафедру английской филологии. И здесь ей чувство вкуса и стиля никогда не изменяло.

Виктор Михайлович и Людмила Александровна вели практические курсы английского языка, домашнее чтение. Лекции Виктора Михайловича по методике преподавания помнят многие поколения выпускников. Слово «Боровков» они произносят с особой интонацией, восторгом и горящей искоркой в глазах. И особой благодарностью за сопричастность к тому действу, которое имело место быть на лекциях В.М. Боровкова.  

Отточенность лекций, продуманность каждого слова, жеста и поступка скрывались за внешней лёгкостью проходившего занятия. В этом и заключалось мастерство педагога, умного, интеллигентного, доброжелательного, общающегося постоянно на английском. В.М. Боровков приятно выглядел: как настоящий джентльмен, в строгом костюме, белой рубашке и галстуке – с камушком, селёдочке, в полоску, разных цветов… 

Лекции Шарманжиновой Людмилы Александровны по «Стилистике английского языка» пользовались неизменным успехом у студентов-старшекурсников. Сам по себе интересный и одновременно сложный предмет читался легко и безупречно. «Прекрасный преподаватель», «замечательные лекции» – такие отзывы до сих можно услышать от студентов. Многие из них с удовольствием выбирали для прослушивания курс «Стилистического анализа художественного текста» и это было немалым подспорьем для курсовых и дипломных работ студентов.  

Как вспоминает Кабакова Ирина Анатольевна, преподаватель кафедры английской филологии с 1995 по 2013 годы: «Будучи и студентами и коллегами, первое, что приходит на ум, это живое привитие мотивации и интереса к языку. У Людмилы Александровны на лекциях и семинарах по стилистике всегда встаёт перед глазами живейшее участие студента, как личности, в процессе освоения стилистических приемов и средств. Причем это было без менторской тональности и при свободе выбора при анализах текстов. Пара пролетала на одном дыхании, иногда мы подхватывали разбор оригинального текста вслед за Людмилой Александровной. Но, чаще нам импонировал ее анализ стилистических приемов, основанный на опыте жизни. Будучи коллегами, можно было запросто обратиться к академическому опыту Людмилы Александровны и получить дельный совет старшего коллеги. В Людмиле Александровне граничил типаж лояльного европейца и профи своего дела…».

Шарманжинова Л.В. и Боровков В.М. пользовались уважением коллег. Несмотря на внешнюю интеллигентность и мягкость оба преподавателя, будучи ответственными, были требовательны к себе. Требовали и со студентов. Принципиальность В.М. Боровкова проявлялась во время сессии. Ленивые студенты, которые были, есть и будут всегда и везде, могли приходить на пересдачу и по семь и по восемь раз. Учитель добивался своего. На частные уроки к В.М. Боровкову выстраивалась очередь. С лентяями расставался, хотел видеть результат.    

«Строгость» Людмилы Александровны проявлялась на контрольных. Всё зазубрить и удержать в голове студентам было сложно. Гибкий молодой мозг искал и находил относительно лёгкий выход из непростого положенья. Однако методы работы на контрольных сводили на нет все усилия студентов: списать было невозможно. 

«Виктор Михайлович пришел на кафедру со школы, – вспоминает Астралинова Любовь Буюнтуковна, преподававшая на кафедре с 1977 по 2011 годы, – это определило  его сферу деятельности. Он был методистом, руководил педпрактикой. Виктор Михайлович был строгим, требовательным, даже педантичным. Но его чувство юмора сглаживало ситуацию. Виктор Михайлович много ходил, ездил по школам, находил наших выпускников, работающих в школе,  оказывал им методическую помощь. Виктор Михайлович был компетентным, опытным профессионалом. По словам его дочери Веры, он был «self-made man». Виктор Михайлович много работал, совершенствовался. Он интересовался многими вещами. Он ценил красоту, был так сказать дамским угодником в хорошем смысле. Виктор Михайлович  имел свое мнение и высказывал его. Он был личностью».

 Преподавателей отличало чувство такта. И Боровков В.М. и Шарманжинова Л.А. придерживались жизненного принципа «не навреди». Не могу засвидетельствовать ни одного злобного, разрушительного слова. Отшлифовка ошибок и замечания делались корректно.

На отделении учились целеустремлённые студенты, выдержавшие высокий конкурс на одну из самых престижных специальностей факультета, те, кто прекрасно осознавал меру ответственности на ближайшие пять лет, взятую на молодые жаждавшие свободы плечи. В неформальной обстановке нам по-дружески сочувствовали: «Вы учитесь на отделении, втором по трудности после медицинского». Однако спуску не давали, тактично направляли, воспитывали, оказывали необходимую методическую помощь.  

В речи Шарманжиновой Л.А. было столько образов, сравнений и метафор, что высказанное замечание, казалось не обидным и имело свой эффект. Нас учили чувствовать язык. Ошибки, более удачные варианты перевода всегда спокойная, уравновешенная Людмила Александровна исправляла в тетрадках зелёной пастой. Это действовало умиротворяюще и не настолько раздражало.

Помню, на пятом курсе я зачастила с опозданиями на первую пару по домашнему чтению к Людмиле Александровне. Всякий раз было неловко входить в уже заполненную 307-ую. Однажды Людмила Александровна мне сказала: «Заходите, я привыкла, что Вы приходите на десять минут позже остальных…».

Виктор Михайлович мог поддержать, подбодрить, сказать что-то, что давало силы для работы над собой: «С английским у тебя всё в порядке». Увидев, что я купила на кафедре десять художественных книг популярной серии Penguin, сказал: «Молодец, чтобы всё за лето прочитала». Как-то в беседе он похвалил группу и  подчеркнул: «Я исправил то, что мог». Перфекционист по природе он понимал значение обратной связи и как много зависит от самого ученика. 

С Людмилой Александровной на пятом курсе мы прочли две повести «Луговая арфа» и «Завтрак у Тиффани» Трумена Капоте, на четвёртом с Виктором Михайловичем роман Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна». Спасибо им за знания, жизненные уроки и совместное прочтенье. 

Волею судеб работаю в университете, в должности доцента, теперь на кафедре, где когда-то получала знания от своих гигантов, прекрасных педагогов и талантливых людей. Их дело продолжают молодые. Есть на кого равняться, и планка неизменно высока.

 

Надежда Акименко,

доцент кафедры германской филологии      

 

Фото 1. Во втором ряду посередине Шарманжинова Людмила Александровна в годы работы в средней школе № 4. Из архива Надежды Акименко       

Фото 2. C Боровковым Виктором Михайловичем. Из архива Елены Даниловой (Масориной)

Фото 3. С Шарманжиновой Людмилой Александровной. Из архива Сергея Оросканова

Добавить комментарий

Свежие комментарии