Джалаева Августа Манджиевна: Я хочу представить историю в ее человеческом измерении

Августа Манджиевна Джалаева окончила в 1972-м году Московский государственный историко-архивный институт, в 1988-м  защитила кандидатскую диссертацию по теме «Культурное строительство в Калмыкии в период борьбы за победу социализма». Ученая степень кандидата исторических наук присуждена диссертационным советом при Московском государственном историко-архивном институте 18 марта 1988 г. и в том же году утверждена ВАК при Совете Министров СССР.

Почти 20 лет работала в республиканском архиве, а также преподавала в КалмГУ на кафедре отечественной истории. Джалаева А.М. читала курсы лекций и проводила семинарские занятия по источниковедению, историографии отечественной истории, культурологи, архивоведению, истории мировой и отечественной культуры, истории государственной службы в России. Ею были разработаны спецкурсы «Общественные организации творческой интеллигенции СССР в 20-30-е годы», «История русского зарубежья». Предметом ее научных интересов являются проблемы политической, социокультурной истории Калмыкии XX века, история калмыцкой эмиграции 20-х годов. Имеет более 60 публикаций.

Августа Манджиевна Джалаева — член Российского Общества интеллектуальной истории (2001 г.); заместитель председателя Калмыцкого регионального отделения Российского общества историков-архивистов (РОИА); выпускник Российской программы лидерства «Открытый мир» Библиотеки Конгресса США, г. Портленд (Орегон) – сентябрь 1999 г.

Сейчас А. Джалаева живет в Санкт-Петербурге вместе с дочерью, зятем и внучкой и по-прежнему занимается научными изысканиями. Сфера научных интересов Августы Манджиевны – новейшая история калмыцкого народа в  XX веке.

«Что касается  истории наших предков, то осмелюсь высказать лишь самые общие соображения. Придя в Россию, они оказались в нужное время в нужном месте, — говорит Августа Манджиевна. — Московское государство только что пережило Смуту, а, по мнению ряда исследователей, настоящую гражданскую войну, длившуюся всю первую четверть XVII века. Человеческих и материальных ресурсов было недостаточно для укрепления южных рубежей. Вольное донское казачество, еще не встроенное в российскую государственную систему, было обессилено после «Азовского сидения», особая нужда была в лошадях. И тут появляются калмыки, по градации военного историка Николая Головина, «вооруженный этнос», что роднило их с казаками. У пришельцев была своя выгода: новые пастбища, широкий товарообмен, а главное – «дикое поле», где можно разгуляться, совершая набеги, захватывая добычу, «ясырь». Поэтому первые контакты не были благодушными, как может показаться. Но их надо рассматривать сквозь призму того времени, а психология людей позднего средневековья была несколько иной. Для современного исследователя очень важно глубже проанализировать то, что шаг за шагом способствовало сближению двух сторон, Московского государства и Калмыцкого ханства. По большому счету, это обеспечило жизнестойкость калмыцкого этноса. Концепция «добровольного вхождения» дает плоский ответ. Причины гораздо глубже, они, скорее, историософские. А это возвращает нас к главному «вызову» времени – расширять контекст калмыцкой истории во всех смыслах».

««Я хочу представить историю в ее человеческом измерении. Моё сокровенное желание – рассказать о поколении людей, родившихся в 1920-е годы, на которое выпало страшное испытание – война», — признается Августа Манджиевна. А. Джалаеву поражает, как они, пройдя через такое горнило, сохранили главное – гуманизм, любовь и искренний, неподдельный интерес к людям, к жизни. Мацак Гучинов, Урюбджур Ильянов, Мутул Барванцыков, Антонина Семенова – «лейтенанты», которые были высокообразованными людьми.

 

 

Добавить комментарий

Свежие комментарии